Мы используем куки-файлы. Соглашение об использовании
ВторичнаяНовостройкиАренда

Сергей Левшин: «Риелторы в ближайшее время будут востребованы как никогда»

Беседовали Владимир Давыденко и Михаил Посредников9 ноября 2023 6 244
2023-12-27T05:11:28.248734+00:00
Сергей Левшин: «Риелторы в ближайшее время будут востребованы как никогда»
Сергей Левшин, гендиректор нижегородского агентства «Меридиан-Недвижимость», рассказал, почему не беспокоится за будущее рынка недвижимости, есть ли сейчас возможность выгодно инвестировать в жилье и какие льготные ипотечные программы в ближайшем будущем могут закрыть.
коротко о главном в интервью:
  • Рост ключевой ставки негативно сказался на вторичном рынке недвижимости — кредиты стали слишком дорогими, и темпы продаж падают. Ипотека же на «первичку» по-прежнему доступна и даже слишком. Но риск, что на рынке взорвется пузырь, не слишком высок. Доля просроченной ипотеки — меньше 1%, что свидетельствует о платежеспособности подавляющего большинства заемщиков.  
  • В новых экономических условиях риелтор становится экспертом широкого профиля: агентов все чаще просят подсказать, в какой объект инвестировать и как потом удачно его продать.
  • Снимать квартиру сегодня выгоднее, чем брать ипотеку. В Нижнем Новгороде аренда дешевле покупки примерно в 1,8–2 раза. Дело в том, что многие из тех, кто планировал брать ипотеку, уже не могут себе этого позволить. Им остается только снимать жилье. На этом фоне арендные ставки растут, а количество свободных лотов сокращается. 
  • Инвестировать в недвижимость стало сложнее, но выгодные варианты по-прежнему есть. Например апартаменты, срок окупаемости которых — 5–6 лет. Или коммерческая недвижимость. Но пользоваться этими инструментами лучше под присмотром профессионалов. 
  • Если льготную ипотеку отменят, первым делом под нож пойдет программа для всех. Социальные программы (для семей, важных специалистов и т. п.), скорее всего, сохранятся и после 1 июля 2024 года. 
  • Проблемы затоваривания первичного рынка недвижимости нет, несмотря на то что нераспроданных квартир действительно много. Просто застройщики уже получили деньги от банков и не спешат с продажами, ждут удобного момента для вывода остатков на рынок.
  • Будущее рынка недвижимости — за агентствами из 5–15 человек. Сегодня это основная «боевая риелторская единица», и свои позиции она не уступит. При этом риелторы будут активнее пользоваться сервисами, которые им предлагают франшизы. Эти сервисы активно развиваются и предлагают все более мягкие условия сотрудничества. 
  • Отмена лицензирования риелторской деятельности была странным шагом государства: такой важный рынок опасно оставлять без контроля. После этого сознательные риелторы сами создали себе правила игры — Национальный стандарт. Он в какой-то мере заменяет закон о риелторской деятельности, но в симбиозе с таким законом работал бы гораздо лучше.   

Модераторами беседы выступили Владимир Давыденко, шеф-редактор Циан.Журнала (В.Д.), и Михаил Посредников, коммерческий директор Циан (М.П.).

«Экономические законы сейчас просто не действуют» 

В.Д. Сергей, недавно ключевая ставка достигла 15%. Как это скажется в ближайшем будущем на рынке жилья? 

С.Л. Это не первое и, скорее всего, не последнее повышение ставки ЦБ. Мы помним, как после известных событий 2022 года Центробанк резко поднял ключевую ставку с 9,5 до 20% годовых. В этот раз он решил, как говорится, отрубать хвост кошке по частям, и, с моей точки зрения, эта тактика не сработала.

Было бы целесообразнее пойти проверенным путем и повысить ставку сильнее. Но, как мы знаем,  интересы экономики в целом могут не совпадать с интересами отдельных отраслей, поэтому Центробанк пытается лавировать между ними.

На рынке недвижимости все это сказывается негативно, потому что доходы населения не растут, а стоимость кредитов уже сейчас перешагивает все психологические барьеры. К ставке в 15% мы можем прибавить еще минимум полтора — такой, наверное, вскоре будет средняя розничная ставка. А какие-то из банков повысят и до 17%.

Некоторые эксперты называют такие ставки на вторичном рынке заградительными, и это не какое-то преувеличение. Если мы посчитаем ежемесячный платеж на новых условиях и сопоставим его с доходами людей, то у многих эти цифры не срастутся.

Из этого я делаю логичный вывод, что спрос будет снижаться, потому что многие клиенты, которые хотели прийти на рынок недвижимости, уже не смогут запрыгнуть в последний вагон и вынуждены будут искать какие-то другие методы улучшения жилищных условий — например, пойдут в аренду.

А многие клиенты просто отложат этот вопрос на будущее, ведь доступность жилья действительно снижается на глазах. Если взять, например, конец 2019 — начало 2020 года, то по Нижнему Новгороду средняя зарплата была около 40–43 тыс. рублей. Сейчас, по разным оценкам, это 55−60 тыс. Цифра эта в принципе актуальна для многих регионов России. 

То есть рост был, но не более чем на 20% за три полных года. В то же самое время рынок недвижимости вырос в два раза. Делайте выводы сами.

В.Д. Несмотря на то что в последние месяцы ипотеку раз за разом делают все менее доступной, остановить вот этот мчащийся на всех парах поезд пока не получается. Как вы считаете, на рынке есть пузырь? Опасна ли эта ситуация? 

С.Л. Пузырем пугают всегда и всех, забывая о том, что есть много других способов затормозить или обрушить рынок недвижимости. К сожалению, мы все сейчас очень сильно завязаны на политику. Это причина, по которой прогнозы многих видных экономистов не сбываются. Экономические законы просто не действуют в условиях, когда любая политическая новость может очень сильно изменить картину мира.

Поэтому прогнозировать что-то сейчас сложно. Но с точки зрения рабочего риелторского взгляда на вещи мы все равно видим перспективы развития рынка. Между собой мы говорим, что для нас всегда найдется работа.

Да, сейчас больше интерес к новостройкам, а финансовая доступность вторичного рынка сокращается. Но в принципе мы никуда не торопимся. Не секрет, что существенная часть объектов, которые сейчас продаются по льготным госпрограммам, — инвестиционные. Рано или поздно они окажутся в продаже.

Вообще, мы прогнозируем, что риелторские услуги будут в ближайшее время востребованы как никогда. Да, цены могут меняться, да, кто-то будет продавать дешевле, чем купил, но помощь риелтора в этом случае нужна еще больше.

Кстати, одна из новых функций риелторов — быть для своих клиентов финансовыми консультантами. 

Не то чтобы мы пытались лезть в огород к экономистам и финансистам. Просто клиенты стали задавать нам соответствующие вопросы: куда вкладываться, покупать «первичку» или «вторичку», какой площади, в каком районе и как потом удачно это все продать.

Рынок сейчас очень живой, и если раньше мы говорили, что в среднем семья совершает сделку с недвижимостью раз в 8−10 лет, то теперь все ускорилось. Мы видим, что люди активно улучшают жилищные условия, инвестируют в коммерческую недвижимость, в апартаменты, в земельные участки для ИЖС. Поэтому волей-неволей риелтор становится таким вот экспертом широкого профиля. 

В.Д. Еще в 2022 году были широко распространены околонулевые ипотечные ставки. Проценты по таким кредитам зашивались в стоимость жилья, и квартиры получались переоцененными. В случае чего банки не смогут продать такой залог по заявленной стоимости, и заемщики останутся им должны. Это ли не пузырь?   

С.Л. Когда мы говорим об околонулевых ставках, всегда вспоминается призрак «Леман Бразерс» и пузырь 2007–2008 годов на американском рынке недвижимости. Надеюсь, об этом помнят не только риелторы, но и те, кто допускает такую ситуацию.

Для застройщиков, безусловно, это здорово. Для многих клиентов это тоже был классный инструмент. Да и сейчас еще остается — такие программы по-прежнему есть, и купить квартиру по ним могут даже те, кто не рассчитывал на одобрение стандартной ипотеки.

Конечно, квартира при этом обойдется дороже ее реальной рыночной цены, но зато процентная ставка меньше и ежемесячный платеж гораздо комфортнее. Это становится опасным, когда первоначальный взнос берут отдельным кредитом или на каких-то других условиях. Кредитная нагрузка здесь получается довольно существенной. Не рассчитав свои возможности, покупатель может уйти в дефолт и потерять квартиру.

Поэтому самый главный рабочий инструмент любого человека, который хочет купить недвижимость в ипотеку, — это ипотечный калькулятор. Берите его и просчитывайте каждый вариант.  

Что же касается банков, то, если такие дефолты будут единичными, они легко решат проблему. Некоторые из них, кстати, привлекают риелторов для реализации залоговых квартир. Для должника это гораздо лучше, чем продажа с аукциона — квартира уходит по максимально возможной в данной ситуации цене и есть шанс остаться в небольшом плюсе или хотя бы закрыть все долги.

Если же банкротства будут массовыми, тогда да — кризис и призрак «Леман Бразерс». Теоретическая вероятность этого есть, но, видимо, она мало кого сейчас пугает. Если посмотреть трезвым взглядом, то цифры говорят о том, что закредитованность населения на приемлемых уровнях, а доля просроченной ипотеки — меньше одного процента. Это вполне нормальный уровень, который говорит, что население платежеспособно.

«Количество лотов по аренде резко снизилось»

В.Д. Если взять тот же самый ипотечный калькулятор и сравнить цифры по кредиту со стоимостью аренды жилья, то окажется, что при нынешних ставках она зачастую выгоднее ипотеки. Что сейчас происходит на арендном рынке?  

С.Л. Да, аренда сейчас дешевле покупки, хотя растет. Почему? Потому что планам многих людей обзавестись собственным жильем не суждено было сбыться — в нынешней ситуации они не могут накопить даже на первоначальный взнос. Что остается делать? Только снимать. 

Спрос колоссальный: по некоторым объявлениям идет 60−70 звонков в неделю. На этом фоне аренда стала дорожать, пересмотр ценника происходит просто ежемесячно. За последние два месяца рост составил 20–30%.

И все равно снять что-то в Нижнем Новгороде очень трудно — количество лотов по аренде резко снизилось.

В.Д. Насколько аренда выгоднее покупки в Нижнем Новгороде? 

С.Л. Примерно в 1,8–2 раза. Есть и другие цифры — аналитические справки и таблицы, которые все друг у друга перепечатывают, не оценивая их критически. В них для сопоставления с арендой указана стоимость квартиры класса «комфорт+», чуть ли не новостройки за 5−7 млн.

А я хочу сказать, что рынок аренды в Нижнем в основном состоит из хрущевок и брежневок, одно-двухкомнатных малогабариток стоимостью 3−4 млн. То есть здесь есть такой вот небольшой перекос, но все же стоимость аренды действительно в 1,8–2 раза ниже ежемесячного платежа за аналогичную квартиру.

В.Д. В новостях сейчас пишут о другом варианте покупки жилья — рассрочке от собственника без привлечения банка. Может ли эта практика стать массовой? 

С.Л. Думаю, в больших масштабах этот инструмент не приживется, потому что зависимость от физического лица пугает многих покупателей. Они готовы зависеть от банка, от государства, но не от другого человека. Слишком много непредсказуемых последствий.

Недвижимость в таком случае остается в залоге у продавца до момента полного расчета. А что если он, например, перепродаст ваш долг? Как у вас сложатся отношения с новым его собственником — неизвестно. Вдруг он потребует рассчитаться немедленно? 

Как бы мы ни ругали банки, но кредит лучше взять именно там, потому что на недобросовестное поведение банка вы всегда можете пожаловаться в контролирующие органы.

У физлица гораздо больше возможностей злоупотребить своим доминирующим положением. Куда на него жаловаться? Только идти в суд. Поэтому своим клиентам я однозначно не буду советовать такие небанковские рассрочки.

«Для бытовых инвесторов не все потеряно»

В.Д. В текущей экономической ситуации инвестиции в недвижимость закончились или до сих пор можно найти что-то выгодное? 

С.Л. Давайте начнем с апартаментов. По данным экс-президента Российской гильдии риелторов Игоря Горского, их окупаемость сегодня составляет 5−6 лет. Это просто великолепный результат по сравнению со вторичным рынком недвижимости, где окупаемость — от 18 до 25 лет. Поэтому возможность для инвестирования есть.

И не надо забывать, что есть еще и коммерческая недвижимость. Обычно в кризисные времена она всегда проседала, тяжело реагировала на неплатежеспособность. Но сейчас все эти закономерности как-то ломаются, и прошлый опыт применять нельзя. Коммерческая недвижимость чувствует себя неплохо и может служить объектом для инвестирования.

У нас в Нижнем Новгороде сейчас даже создается клуб инвесторов на базе одного из агентств, где учат грамотно и выгодно инвестировать. В общем, для бытовых инвесторов не все потеряно. Но я не призываю тех, кто ни разу в этом не варился, сразу кидаться на коммерческий рынок. Если у вас нет опыта, вам не обойтись без помощи грамотного специалиста, который уже прошел все эти взлеты и падения.

В.Д. Если говорить об инвестициях в жилую недвижимость, то основной инструмент для этого сегодня — льготная ипотека. И вот сейчас, когда ЦБ повышает ставку, заговорили о том, что эти программы пора сворачивать. Какие программы, по-твоему, в зоне риска?  

С.Л. В зоне риска программа для всех. Это уже неоднократно звучало со многих экспертных площадок и из структур самого высокого уровня. Но при этом с тех же трибун звучало и то, что льготников эти перемены не затронут, а их у нас очень много. Это бюджетники: врачи, учителя, госслужащие, это участники СВО и их родственники.

Что это значит для рынка недвижимости? То, что финансовые вливания в него не прекратятся. Денежные потоки просто изменят направление и, возможно, станут чуть меньше. Но субсидировать строительную отрасль государство не перестанет. 

Так что льготная ипотека останется, просто будет доступна не всем. Опять же, мы видим, что запускаются новые льготные программы — недавно, например, открыли арктическую ипотеку.

В.Д. На фоне этих многомиллиардных вливаний в отрасль некоторые эксперты заговорили о затоваривании первичного рынка. Более 40% квартир в новостройках в Москве сейчас не распродано. Что ты думаешь по этому поводу? 

С.Л. Такой проблемы нет, это какая-то словесная эквилибристика. Да, около 40–42% квартир от застройщиков действительно не распродано. Но кто вообще сказал, что сейчас должно быть реализовано 100% квартир?

По факту объем проданной «первички» примерно такой же, как и непроданной — около 41%. И еще 16–18% пока не выпущено в продажу. Застройщик уже получил свое финансирование от банка и на него эти продажи в моменте особо не влияют. Поэтому он может планировать их на будущие периоды. 

Падения спроса до того, как закончится льготная ипотека, застройщики могут не опасаться. Так что не волнуйтесь, все будет продано, причем по хорошим ценам.

А вот потом, когда люди, которые пошли на этот рынок как инвесторы, захотят быстро продать объекты — в течение 1–2 лет, — они, скорее всего, не смогут получить прибыль. Скорее всего, даже будут небольшие потери. 

Такие примеры уже есть: допустим, продаются две одинаковых квартиры в соседних корпусах одного ЖК, но одна от застройщика со сроком сдачи через полтора-два года, а другая — точно такой же планировки, но от физического лица. Так вот, разница в цене может достигать 20% в пользу застройщика. До введения эскроу такого никогда не было, к моменту сдачи квартиры стабильно дорожали. 

Эпоха покупок квартиры «на котловане», когда люди получали хороший дивидендный доход, не прикладывая никаких усилий, закончилась. Сейчас покупателям выгоднее оформлять льготную ипотеку и брать у застройщика, даже если это дороже.

Так что не смотрите на эти цифры как на что-то тревожное. Сами застройщики не видят в этом никакой проблемы. Финансовые показатели у них сейчас хорошие.

«Любой инструмент эффективен только в умелых руках»

М.П. Как ты считаешь, каким будет риелторский рынок через десять лет? Какие тренды можешь спрогнозировать? Останутся ли в деле крупные и средние агентства или они массово уйдут под франшизы? 

С.Л. Знаю одно: через 10 лет все будет хорошо. Боевая риелторская единица — средние агентства с 5−15 сотрудниками. Этот формат сейчас делает чуть ли не 70% продаж на рынке, и я абсолютно уверен, что он и дальше будет востребован и точно сохранится.

А франшизы сейчас пошли очень лояльные : вроде бы франшиза, но вроде бы дают свободу, возможность сохранить имя, не сильно лезут в управленческие процессы. Этот подход мне нравится больше, чем когда тебя жестко контролируют сверху. 

У нас в Нижнем Новгороде вообще очень тяжело приживаются какие-то франшизы. 2−3 раза заходили «Этажи» и вот, наконец, у них получилось, агентство нормально работает.

И, кстати, Нижегородская гильдия сертифицированных риелторов, в которой состоит наше агентство, — это тоже своего рода франшиза, только некоммерческая. От своих членов мы не требуем ничего, кроме соблюдения стандартов обслуживания клиентов и работы строго по закону.

Но вернемся к рынку будущего. Могу смело сказать, что через 10−15 лет небольшие и средние агентства будут по-прежнему составлять основу рынка недвижимости.

Будут ли эти риелторы использовать инструменты, которые предлагают франшизы? Да, конечно. Уже сейчас многие пользуются этими скидками, юридическими инструментами, консультационными возможностями сервисов, электронными CRM-системами и так далее. И платят за это, кстати, очень немного.

Причем все эти сервисы будут становиться дешевле. Это мы видим на тех CRM-системах, которые еще 5−7 лет назад были очень дорогими и недоступными для многих небольших компаний. Сейчас все это становится дешевле, а функционал систем при этом расширяется.

Наверное, в этом направлении и пойдет развитие. Многие мыслители от рынка недвижимости, которые действительно интересно рассуждают, говорят о совершенствовании искусственного интеллекта как помощника риелтора. Еще год назад мало кто слышал о Chat GPT, а теперь ИИ проник во многие сферы нашей жизни. И недвижимость — не исключение.

полную версию интервью смотрите на нашем youtube-канале: 

М.П. А вообще искусственный интеллект — это друг риелтора или его конкурент? Каким ты видишь взаимодействие между ними? 

С.Л. Конечно, друг, но при правильном использовании. Любой инструмент эффективен только в умелых руках. Поэтому и здесь не нужно ждать никакой панацеи от всех проблем. Тем более что он и сам еще далеко не совершенен. А нам тяжело использовать западные разработки еще и из-за санкций. 

Да и Chat GPT лучше работает на английском, а при языковой конвертации возможны потери информации. Ну и вообще это лишние телодвижения. Наши же отечественные разработки пока отстают от иностранных, хотя я не сомневаюсь, что российские программисты — наследники советской научной школы — обязательно придумают что-то интересное.   

М.П. Развиваем мысль дальше: ты веришь в уберизацию профессии риелтора? Какой может быть эта уберизация? 

С.Л. Давайте попробуем рассуждать на примере рынка такси в Нижнем Новгороде. Уберизация привела к тому, что у нас сейчас два основных оператора, которые при внимательном рассмотрении оказываются одним монополистом. Ни к чему хорошему это не привело: раньше ездили за 300 рублей, а сейчас — за 750. В итоге возмущенные потребители просто уходят с этого рынка.

Если перенести этот пример на рынок недвижимости, то при каких-то глобальных слияниях-поглощениях для обычного рядового риелтора всё будет в итоге дороже.

Но отличие рынка недвижимости от коммерческих перевозок в том, что всегда есть возможность работать самостоятельно или в небольшой компании, которая не принадлежит ни к одной франшизе, но использует их сервисы, которые активно развиваются, в том числе и на Циан.

И мы рады видеть, что у риелторов есть выбор, а когда есть выбор, есть и конкуренция, в том числе по цене и удобству. Для агентов, кстати, удобство проведения сделки почти всегда важнее цены этой услуги. Нам хочется быть уверенными, что все пройдет без накладок и мы сможем получить поддержку на любом этапе.

Если нам это обеспечивают, поверьте, мы всегда сможем убедить клиента, что лучше пойти туда и заплатить там на 5−10 тыс. дороже, чем сэкономить, но поставить под удар сам факт сделки.

«Мы потихоньку двигаемся к цивилизованному рынку недвижимости»

М.П. Как ты считаешь, нужны ли рынку сертификация, лицензирование? И если нужны, то в каком виде? 

С.Л. Я прекрасно помню 2002 год, когда отменили лицензирование. Мы как раз тогда организовали нашу компанию и готовились к этой процедуре. И для нас было большим сюрпризом, что государство самоустранилось от контроля над таким важным рынком.

Оптимизм в нас вдохнуло то, что в этот же самый момент риелторское сообщество приняло Национальный стандарт и многие компании добровольно взяли на себя обязательство следовать ему. Это были люди, которые понимали, что невозможно жить совсем без правил.

Стандарт предусматривает сертификацию, это формальная часть процесса прозрачной работы. Она состоит из двух частей — обучения и аттестации специалистов, а затем — сертификации самой компании. Ко второму этапу можно переходить, когда у вас есть хотя бы один обученный брокер и несколько агентов. 

Если первый этап в принципе доступен всем желающим, то здесь ситуация пожестче: претендентов мы проверяем как минимум по 25 параметрам. Это требования и к договору, и к офисам, и к конфиденциальности. А еще один из самых важных вопросов — страхование ответственности. 

Я считаю, что это необходимо. Да, процедура серьезная и затратная, но этим вы облегчаете себе жизнь. В сертифицированных агентствах все бизнес-процессы отточены, есть алгоритмы действий в каждой ситуации, порядок разрешения споров. Так мы потихоньку двигаемся к цивилизованному рынку недвижимости.

В этом плане нынешняя добровольная сертификация и аттестация — вполне рабочие инструменты. Но максимально эффективными они будут, если в стране появится закон о риелторской деятельности. 

Сегодня наши стандарты можно сравнить с запаской в машине: пока все хорошо, ты о ней не вспоминаешь. Но когда случился прокол, без запаски ты дальше не поедешь. Так и тут: закон примут, а у нас под него уже всё готово.

Но, подчеркну, и без профильного закона Национальные стандарты играют свою положительную роль на рынке недвижимости. Многие клиенты спрашивают, состоит ли компания в гильдии, сертифицирована ли она. В своем агентстве мы, даже еще не встретившись лично с клиентом, отправляем ему ссылку на реестр РГР, где собраны все аттестованные специалисты рынка.

«Здорово смотреть в будущее с оптимизмом»

В.Д. Расскажи, как ты попал в сферу недвижимости, ведь по первому образованию ты врач. 

Да, я окончил педиатрический факультет Нижегородской государственной медицинской академии (а поступал в Горьковский мединститут, его потом переименовали). Это было в девяностые, когда в стране не было денег вообще ни на что. 

После выпуска я прошел интернатуру, но уже тогда был женат, у нас уже был ребенок, а на зарплату врача нельзя было купить и двух банок питательной смеси. Поэтому пришлось искать другие возможности.

Примерно в это же время вышел закон о банкротстве, и умные люди подсказали мне, что нужно заниматься этим. Я стал арбитражным управляющим, с удовольствием получил второе высшее образование, юридическое. Параллельно с учебой я стал работать помощником адвоката, и ко мне сразу пошли знакомые с вопросами юридического характера.

По воле судьбы все эти запросы были связаны с недвижимостью, и я стал участвовать в связанных с ней делах. Мы с клиентами выигрывали, появилась уверенность в своих силах. И в определенный момент наша семья решила начать риелторский бизнес. 

Я занимался этим с 1999 года, а в 2003-м мы с женой Ириной и мамой создали свою фирму — юридическую компанию «Меридиан-Недвижимость». Это название мы сохранили до сих пор.

Сегодня я — гендиректор, а Ирина — директор по продажам. У нас юридическая компания, но заточенная на недвижимость, и этой темой мы занимаемся уже 20 лет.

В.Д. Что спасает тебя от выгорания на протяжении такого долгого срока?  

С.Л. Наверное, сам рынок недвижимости, который не дает скучать. За этот период мы прошли через множество непростых ситуаций, кризисов и всё пережили. Нам не скучно на этом рынке. 

А еще, конечно, вдохновляют люди: и наши сотрудники, у каждого из которых свой путь в профессии, и клиенты — их глаза после сделки, их благодарственные отзывы и рекомендации. Многие клиенты потом приводят к нам своих знакомых, родственников, коллег. Это очень мотивирует.

Кризисные моменты, когда я хотел всё бросить, тоже были. Я помню, как мы сидели без денег и нечем было платить за коммунальные услуги, нечем было выдать зарплату сотрудникам. Тогда у меня была такая мысль: «Уж лучше быть бюджетником на минимальной зарплате, но зато не иметь никаких долгов». 

Слава богу, что это быстро прошло. Сейчас мне даже немного стыдно за ту крамольную мысль, потому что все-таки быть предпринимателем и самому отвечать за себя — это здорово. А еще здорово смотреть в будущее с оптимизмом.

В.Д. А что лично тебя наполняет энергией?  

С.Л. Меня всю жизнь вдохновляет спорт. Я кандидат в мастера спорта по подводному плаванию, занимался плаванием в школе олимпийского резерва, имею награды.

Спорт и сегодня дает мне силы, а еще помогает найти много единомышленников. Сейчас мы занимаемся всеми видами тенниса и бадминтона. Я их всем рекомендую. Помните, Дмитрий Анатольевич пытался внедрить бадминтон? Многие посмеялись, но никто не задал вопрос, почему. А потому что это самый дешевый вид спорта. 

Он только не учел погодные условия — что воланчик у нас летает не от ударов, а от ветра. Так что бадминтоном лучше заниматься в зале. А теннисом можно и на свежем воздухе. Мы с супругой, кстати, недавно открыли зимний сезон и играли в пляжный теннис уже на снегу.

Циан.Ипотека для профи: помогите клиенту оформить ипотеку и получите комиссию  

Подписывайтесь на наш канал в Telegram

#купля-продажа#аренда#апартаменты#вторичка#застройщики#риелтор#инвестиции#агент#агентство недвижимости#интервью#первичка
купля-продажаарендаапартаментывторичказастройщикириелторинвестицииагентагентство недвижимостиинтервьюпервичка
Сейчас обсуждают
Аноним
25 февраля 2024
редакцияeditorial@cian.ru